My Items

I'm a title. ​Click here to edit me.

24. Управление мудрого царя

Ян-Чжу встретился с Лао-цзы и спросил: — Можно ли сопоставить с мудрым царём человека сообразительного и решительного, проницательного и дальновидного, который без устали изучает Великий Путь? Лао-цзы ответил: — При сопоставлении с мудрым такой человек выглядел бы как суетливый мелкий слуга, который трепещет в душе и напрасно утруждает тело. Ведь говорят: «Красота тигра и барса — приманка для охотников; обезьяну держат на привязи за её ловкость, а собаку — за умение загнать яка». Разве можно такого сопоставить с мудрым царём? — Дозвольте тогда спросить, а как управлял мудрый царь? — задал вопрос Ян-Чжу, изменившись в лице. — Когда правил мудрый царь, успехи распространялись на всю Поднебесную, а не уподоблялись его личным достижениям; преобразования доходили до каждого и народ не опирался на царя; никто не называл его имени и каждый радовался по-своему. Сам же царь стоял в неизмеримом и странствовал в небытии.

23. Знание чаек

Один приморский житель любил чаек. Каждый раз, когда он плыл в лодке, чайки слетались к нему сотнями, садились на лодку, принимали еду из его рук. Однажды князь сказал: — Я слышал, что все чайки следуют за тобой. Поймай-ка мне нескольких на забаву. На другое утро, когда любитель чаек отправился в море, чайки кружились над ним, но не спускались. Поэтому и говорится: «Высшая речь — без речей. Высшее деяние — недеяние. То знание, которое доступно всем, — неглубоко. А глубокое знание чувствуют даже чайки».

22. Притча о сыне

Сын одного человека ушёл в далёкую страну, и в то время, как отец собирал несметные богатства, сын нищал всё больше и больше. Затем случилось так, что сын пришёл в страну, где жил его отец, и, как нищий, выпрашивал пищу и одежду. Когда отец увидел его в лохмотьях и нищете, он приказал своим слугам позвать его. Когда сын увидел дворец, в который его привели, он подумал про себя: «Я, должно быть, возбудил подозрение вельможи, и он бросит меня в темницу». Полный страха, он убежал прежде, чем увидел своего отца. Тогда отец послал гонцов за своим сыном, и он был пойман и приведён назад, несмотря на его протесты и вопли. Но отец приказал слугам обходиться с его сыном снисходительно, назначил сына помощником работника одинакового с ним ранга и образования. И сыну понравилось его новое положение. Из окна своего дворца отец наблюдал за своим сыном и, слыша, что тот честен и трудолюбив, возвышал его больше и больше. По прошествии многих лет он приказал сыну явиться к нему, созвал всех своих слуг и открыл перед ними тайну. Тогда несчастный прежде человек был чрезвычайно обрадован и исполнился счастья от встречи со своим отцом. Так постепенно должны быть воспитываемы души людей для высших истин.

21. Духовный свет

Жил когдато человек, слепой от рождения. Ктото рассказал ему о том, как красиво солнце. Слепой заинтересовался, но был полон сомнений.  Он сказал:  «Что такое свет, о котором ты говоришь? Я не представляю, что бы это могло значить. Могу ли я услышать свет?» Его приятель ответил:  «Нет, конечно, нет. Свет не производит никаких звуков».  Слепой сказал: «Тогда дай мне попробовать его на вкус».  «О, нет, — ответил его друг — нельзя почувствовать вкус света». «Ладно», — сказал слепец — «Так дай мне ощутить свет».  «Это тоже невозможно», — заявил его собеседник.  «Полагаю, что его запах я тоже не смогу уловить», — с циничной усмешкой произнёс слепой.  «Да, это так» — сказал его друг.  «Тогда как я могу поверить в свет ?! Для меня это миф, воздушный замок».  Его приятель какоето время подумал, и ему пришла в голову идея: «Пойдём, поговорим с Буддой. Я слышал, что он даёт сатсанг гдето поблизости. Я уверен — он сумеет помочь тебе пережить свет и понять его смысл». Они отправились к Будде и спросили, как заставить слепого понять, что такое свет. Ответ Будды был весьма удивительный.  Он сказал: «Даже сотня Будд не смогут объяснить этому человеку смысл света. Восприятие света — это личный опыт».  Однако Будда понимал, что дефект зрения у этого человека был не слишком серьёзным, и его можно было излечить с помощью простой операции. Поэтому он устроил так, чтобы слепой отправился к человеку, который мог исправить его зрение.  Через некоторое время он прозрел и впервые увидел свет. Он смог на собственном опыте понять, что такое свет, и воскликнул:  «Теперь я верю, что свет существует. Я вижу солнце, луну, деревья и множество других вещей. Но это можно узнать только самому. Все описания, которые давали другие люди, не могли меня убедить, и они не могли передать смысл света. Только благодаря тому, что мне указали, как вернуть моё зрение, я способен понять все это на собственном опыте». Этот человек был переполнен радостью, вся его жизнь изменилась. Дилемма этого человека сходна с тем затруднением, которое большинство людей испытывают в отношении духовной жизни. Многие люди слышат: Бог — то, Бог — это. Существуют многие тысячи описаний духовного опыта. Но на самом деле, эти описания безполезны, точно так же, как описания света безполезны для слепого. Единственное, что приносит пользу — это объяснение того, как вам самим обрести духовный опыт. Только когда слепой человек предпринял шаги, чтобы избавиться от дефекта зрения, он, в конечном итоге, стал способен видеть.  Так же дело обстоит и с духовной жизнью. От многочисленных описаний духовного опыта, Бога и т.п. нет никакого толка. Самое лучшее, что вы можете сделать, — это начать садхану, чтобы обрести этот опыт самому. Вы тоже познаете СВЕТ— духовный свет — на собственном опыте, подобно тому, как слепец, наконец, открыл для себя свет, когда к нему вернулось зрение. А когда у вас есть собственный опыт, в объяснениях нет необходимости. Они становятся совершенно излишними.

20. Буддист и Депрессия

Депрессия: – Ты ничто.

Буддист: – Благодарю за комплимент.

Д.: – Твоя жизнь пуста, в ней нет ничего хорошего. Б.: – Если она пуста, то в ней нет и плохого тоже. Выходит, что я свободен. Д.: – Любви нет. Добра нет. Радости нет. Б.: – Однозначно. В рамках данной реальности существуют лишь навязчивые иллюзии, продиктованные человеческим Эго. Мы сами их творцы. Д.: – Над этим миром нависло Страдание. Б.: – Но страдания без радости быть не может. Д.: – Ты умрешь, так и не осознав Истины. Б.: – Ну, уж это точно не страшно! Ведь впереди еще столько жизней. Д.: – Вокруг война, ложь, мерзость и соблазны, человечество обречено. Б.: – Космос велик. И что бы ни происходило – это случается во имя вселенской гармонии. Наши души – чистая энергия, которая так или иначе, рано или поздно, избавится от мирской тяжести, и растворится в бесконечности небытия. Д.: – Ну и ладно.

19. Не ум

Лин-чи сидел на берегу реки, когда к нему подошёл философ, поклонился и задал вопрос: — Какова суть вашего учения? Лин-чи посмотрел на него и не произнёс ни единого слова. Философ подумал про себя: «Он очень стар и, наверное, уже плохо слышит». Тогда он крикнул: — Похоже, вы не слышите меня! Я спрашиваю, какова суть вашего послания? Лин-чи засмеялся. «Что-то странное, — подумал философ. — Сначала он не ответил, теперь смеётся! Может быть, он только притворяется, что услышал меня? Но поскольку он не ответил на мой вопрос, значит, он ничего не услышал». И тогда учёный закричал ещё громче: — Я спрашиваю, какова суть вашего учения? Лин-чи спокойно сказал: — Сначала я ответил — безмолвие. Но вы не смогли этого понять, и мне пришлось спуститься немного ниже. Я сказал — смех и радость. Но вы не смогли понять даже этого. Поэтому мне приходится спуститься ещё ниже. И он написал пальцем на песке слово «медитация», сказав: «Это моё учение». Учёный попросил: — Не могли бы вы уточнить свою мысль, сделать её более четкой. Тогда Лин-чи написал на песке более крупными буквами: «МЕДИТАЦИЯ». Философ становился всё более раздраженным и спросил: — Вы что, шутите? Я прошу уточнить, детализировать свою мысль, а вы пишете то же самое, только более крупными буквами. Я профессор философии! — Почему же вы сразу об этом не сказали! — воскликнул Лин-чи и написал: «НЕ УМ». Профессор стукнул себя по голове и ушёл, даже не попрощавшись.

18. Притча о мудрости

Однажды пришёл к даосскому монаху человек и пожаловался, что, как ни пытается, не может понять мудрость мира. А так как он не может понять мудрость мира, он сомневается в мудрости Бога. Это очень смущает его, потому он и пришёл просить у мудреца помощи. Монах согласился помочь этому человеку, но при одном условии: тот будет выполнять его требования. Первое его требование было таким: сидеть у берега и слушать, как поёт река. — Это голос Бога, — сказал монах. Так человек и сделал. Но вечером, когда монах спросил его, понял ли он мудрость мира, он покачал головой. Тогда монах приказал человеку смотреть в костёр. — Это танец Бога, — сказал он. Но утром вновь человек сказал, что не понял мудрость мира. Земля и воздух тоже ничего не сказали ему о мудрости мира, ибо не разглядел человек их тайн. Монах задумался. А на третий день сказал: — Тогда посмотри в себя, там таятся все твои сомнения. И, увидев в своей душе отражение целой вселенной, человек понял мудрость Бога. И сомнения отступили, и покой заполнил его душу.

17. Чудеса

Однажды, когда Будда пребывал в Наланде, домохозяин по имени Кеваддха пришел к нему и сказал:   «Владыка, Наланда – процветающий город с большим населением, и у тебя там уже есть множество учеников. Было бы хорошо, если бы ты попросил одного из своих монахов совершить чудо, чтобы еще больше людей Наланды были покорены этим, и всеобщая вера в тебя еще более возросла. Будда ответил: «Кеваддха, я не обучаю своих монахов, отправляя их совершать чудеса лишь для того, чтобы произвести впечатление на мирян». Однако Кеваддхе действительно хотелось увидеть, как совершается чудо, и он настаивал, вознамерившись убедить Будду, чтобы тот послал монаха совершить чудо. Будда вновь отказался, а после того, как Кеваддха стал настаивать на своей просьбе в третий раз, он сказал: «Послушай, Кеваддха, есть три вида чудес, о которых я могу говорить на основании собственного опыта. Первый – это чудеса сверхъестественных сил, с помощью которых можно проявлять много тел, проходить сквозь стены, ходить по воде и даже посещать уделы богов. Второй вид – это чудесное чтение мыслей других людей. А третий вид – это чудо учения. Если любое из первых двух чудес используется лишь для того, чтобы произвести на людей впечатление, их невозможно отличить от искусства мага, и в них, выполненных таким образом, нет ни малейшей духовной ценности. Я презираю такие дешевые чудеса и ничего не желаю иметь с ними общего. Чудо учения случается, когда святой предлагает другим людям руководство в том, как им лучше жить. Когда Будда проявляется в мире и посредством собственного прямого знания и видения прозревает подлинную природу вещей и учит пути, следуя которому, ученик обретает то же знание и видение, – это подлинное чудо. На самом деле, Кеваддха, это единственное настоящее чудо». Затем Будда рассказал Кеваддхе историю о монахе, который мог совершить первые два чуда, но его силы в конечном итоге не принесли ему пользы в поисках истины. Жил однажды монах, который очень хотел разрешить один вопрос и искал на него ответ. Вопрос был таков: «Где окончательно исчезают четыре великих элемента земли, воды, огня и воздуха, так чтобы ничего не оставалась ни от одного из них?» Когда он вошел в глубокое сосредоточение, перед ним открылся путь в удел богов, и этот монах вознесся в измерение четырех великих царей. Думая, что найдет ответ там, он задал свой вопрос богам. «Мы не знаем, – ответили боги, – но, несомненно, четыре великих царя знают. Иди и спроси у них». Однако четыре великих царя, когда он задал им вопрос, тоже не знали ответа и в свою очередь предложили, чтобы монах спросил об этом у высших богов небес Тавитимса. Он поднялся в это возвышенное измерение, но и там боги были неспособны дать ему ответ. Так монах поднимался выше и выше и побывал на многих небесах, пока со временем не добрался до небес Брахмы, небес высочайших из богов. Там монах снова задал свой вопрос, и снова его ждало разочарование. «Мы не знаем ответа на твой вопрос, монах, – ответили боги, – но есть Брахма, великий Брахма, непревзойденное великое существо, создатель и творец, всевидящий, всемогущий, владыка всех, кто есть и кто будет, который намного выше нас. Он, вне всякого сомнения, сможет ответить на твой вопрос». «Где можно найти великого Брахму, друзья?» «Сейчас его нет здесь, и не нам знать, куда приходит и уходит великий Брахма. Но мы можем сказать, что он собирается вернуться, когда великий свет начинает сиять как раз перед тем, как он возвращается». Монах подождал, и вскоре он увидел великий свет, за которым последовало прибытие Брахмы. Монах приблизился к великому богу и задал ему свой вопрос: – Где окончательно исчезают четыре великих элемента земли, воды, огня и воздуха, так чтобы ничего не оставалось ни от одного из них? – Я великий Брахма, непревзойденное великое существо, создатель и творец, всевидящий, всемогущий, владыка всех, кто есть и кто будет. Сбитый с толку таким ответом, но непоколебимый в своей решимости, монах сказал: – Друг, я спрашивал не об этом. Я хочу знать, где окончательно исчезают четыре великих элемента земли, воды, огня и воздуха, так чтобы ничего не оставалось ни от одного из них. И снова Брахма ответил: – Я великий Брахма, непревзойденное великое существо, создатель и творец, всевидящий, всемогущий, владыка всех, кто есть и кто будет. – Друг, я спрашивал тебя не о том. Монах снова терпеливо повторил свой вопрос. На этот раз Брахма взял его за руку и отвел в сторону: – Здешние боги думают, что я знаю все, и я не могу отвечать в их присутствии. Я не знаю, где окончательно исчезают четыре великих элемента. Лучше возвращайся и спроси у Будды, и слушай очень внимательно, что он тебе скажет. Поэтому Кеваддха спустился с небес и задал свой вопрос Будде. 
«Твой вопрос неправильно выражен, – ответил Будда. 
– Правильный вопрос таков: где земля, вода, огонь и воздух не имеют никакой опоры. А ответ таков: там, где сознание лишено признаков, безгранично и светоносно». Кеваддха поразмышлял над этой историей и больше не докучал Будде просьбой о том, чтобы его ученики совершили чудеса. Его вера в Будду обрела подтверждение и усилилась, и Кеваддха вскоре обрел проникновение, которое сделало необратимым его путь к Просветлению. Люди, принимающие неистинное за истинное, видящие в истинном неистинное, чей удел – ложные воззрения, не обретут истины. Люди, познавшие истинное как истинное, а неистинное как неистинное, чей удел – верные воззрения, обретут истину.

16. Гордец

Когда-то жил в Саваттхи брамин, которого все знали, как Гордеца (по-палийски Манатхаддха), потому что он всегда был так занят собой и своей собственной важностью, что на всех остальных смотрел сверху вниз. Он даже отказывался выказывать формальные знаки уважения, традиционно подобающие матери, отцу, учителю и старшему брату, а вместо этого ждал, что все будут подчиняться ему. Однажды Будда давал учение в Саваттхи, окруженный большой толпой людей. Гордец бродил по окрестностям и подошел к Будде. Понаблюдав за происходящим, он подумал: «Это знаменитый отшельник Готама дает учение посреди этой толпы. Я подойду и сяду около него. Если он заговорит со мной, я с радостью отвечу ему, но если он не обратится ко мне, я, несомненно, не заговорю первым!» Гордец протиснулся через толпу и сел около Будды, но Будда не обратил на него внимания и продолжал давать учение. Гордец стал ждать, как решил, но через какое-то время устал от того, что его не замечают. «Этот отшельник Готама ничего ни о чем не знает, если не замечает такого человека, как я!» – подумал он и решил уйти. Однако Будда хорошо знал, что происходит в уме Гордеца, и, как только брамин собрался уходить, он повернулся и посмотрел ему в глаза. Он обратился прямо к Гордецу, и голос его был тверд, но добр: «Нехорошо развивать в себе гордость, друг. Если здесь есть кто-то, кого ты пришел увидеть, лучше вырази ему почтение». Гордец осознал, что Будда прочел его мысли, и потрясение от этих немногих слов поколебало его хрупкое тщеславие. Он пал ниц к ногам Будды, целуя и гладя их, и повторял свое имя: «Я Гордец, Учитель Готама, я Гордец». Толпа была изумлена. Люди не могли поверить в то, что произошло у них на глазах. «Разве это не Гордец, который никогда не выказывал никому подобающего почтения, ни матери, ни отцу, ни учителю, ни старшему брату? А теперь посмотрите на него. Посмотрите, как он совершает простирания перед Учителем Готамой, полный смирения». Будда сказал Гордецу: «Достаточно, брамин. Этого достаточно. Поднимись с земли и сядь здесь, рядом со мной». Гордец сделал то, что ему сказали, и сел, смиренный и полностью изменившийся. Через несколько мгновений, после того, как у него было время для того, чтобы собраться с духом и немного поразмышлять над тем, что он только что пережил, Гордец обратился к Будде. В своей речи он признал, насколько глупо вел себя в прошлом, и объявил, что теперь ясно видит, как важно выказывать почтение к родителям, учителю и старшему брату, и, прежде всего, как он заявил, он понимает, как важно почитать и уважать Просветленных. Затем он попросил Будду принять его в качестве ученика-мирянина, начиная с этого дня и до конца его жизни. Если человек почитает достойных почитания, будь это Просветленные или их ученики, (люди), которые вышли за пределы иллюзии и преодолели горести и стенания, Если человек почитает имеющих подобную природу, кто, (более того), пребывает в покое и не имеет причин для страха, – заслуги такого человека неисчислимы.

15. Первые ученики

Будде пришло время уйти из прекрасной рощи, где он, наконец, нашел истину, которую так долго искал, и начать делиться ею с другими. «Кого мне учить первым? – спросил он себя. – Кто сможет понять эту великую истину, которая столь глубока и столь тонка?» Мысли Будды обратились к его собственным учителям, Аларе Каламе и Уддаке Рамапутте, у которых он учился в самом начале своих поисков. Они были искренними и одаренными людьми, которые, несомненно, поняли бы его, но своим божественным оком он узрел, что оба они недавно умерли. Потом он подумал о пяти странниках, которые были его учениками во времена сурового аскетизма и отвергли его, когда он снова начал принимать пищу. И снова, используя свое божественное зрение, он увидел, что они находятся в Оленьем Парке в Исипатане (Сарнатхе), и отправился на их поиски. Это было время жаркого солнца и проливных муссонных дождей, а от рощи на берегу Неранджары до Исипатаны лежал путь во много миль. После долгого путешествия пешком Будда наконец прибыл в Исипатану, в Олений Парк. Пять аскетов, его бывших учеников, сидели вместе под деревом и увидели фигуру в одеяниях отшельника, приближающуюся к ним издалека. Человек показался им знакомым, и вскоре они поняли, кто это. «Это отшельник Готама, который предал нас, который отказался от борьбы и вернулся к жизни в роскоши! Что ему здесь нужно?» – говорили они между собой. Они решили сделать вид, что не замечают его, и не выказывать ему ни малейшего почтения, как они делали это, когда поклонялись ему как величайшему из аскетов. Но, когда Будда подошел ближе, они обнаружили, что не могут поступить согласно своему решению. Что-то в его манерах и поведении вынудило их отнестись к нему с почтением, и они поднялись поприветствовать его, как приветствовали бы почетного гостя. Один из них принял его одеяние и чашу, другой приготовил сиденье из сложенных одежд, а третий набрал воды, чтобы омыть ему ноги. Поначалу атмосфера между ними была неловкой и неуютной. Пять аскетов все еще чувствовали себя преданными Готамой, и они не могли себе представить, как кто-то, кто отверг духовный путь, как они его понимали, вообще мог обрести мудрость, которую они все искали. Однако им пришлось признать, что человек, находящийся перед ними, – не тот Готама, которого они знали. Дело было не просто в том, что он восстановил здоровье и больше не был тем худым и истощенным аскетом, рядом с которым они жили. Даже уставший и покрытый пылью после долгого путешествия, он излучал особое сияние и красоту. Находиться в его присутствии, даже просто сидеть с ним в тишине было странно и удивительно. Когда он говорил, казалось, что его слова исходят из глубочайших недр его мудрости и понимания. Он обращался к ним с такой добротой и состраданием, с которыми они никогда раньше не встречались. Вскоре все пятеро были покорены и охотно предали свои сердца Будде. По мере того, как он говорил с ними, безмерность и важность происходящего начала медленно доходить до пяти аскетов, и поначалу даже это понимание почти потрясло их. Да, Готама действительно обрел победу над старением, болезнями и смертью! Он на самом деле постиг это! Он открыл истину, в поисках которой они, подобно ему, отказались от всего. Он достиг того, на обретение чего они сами потратили долгие и трудные, полные борьбы годы. И вот он перед ними, сидит с ними и делится с ними этой новообретенной истиной. Это было все, о чем они могли мечтать, все, чего они жаждали. Они исполнились великого ликования, настойчивости и серьезности. Когда они сели вместе под деревом в Оленьем Парке, Будда начал давать учение. Он старался придать старым словам новое значение и значимость, вывести этих отшельников за пределы их настоящего опыта к новому видению существования. Иногда Будда давал учение, иногда они задавали ему вопросы, иногда они просто сидели вместе в молчании, размышляя и медитируя. На сон или еду оставалось не так много времени. Чтобы поддерживать свое существование, аскеты по очереди отправлялись парами за милостыней, которая способна была бы накормить их всех. Дни сменялись ночами, а ночи – днями. Вдруг улыбка озарила лицо Конданны, одного из пяти аскетов. Он и Будда посмотрели друг на друга, и немедленно в них возникла радость узнавания.

14. Огнепоклонники

Во время своих странствий Будда пришел в место под названием Урувела, где жила тысяча аскетов-огнепоклонников, которые скручивали свои длинные волосы в спутанные пряди. Ими руководили три отшельника, и все они носили имя Кассапа. У Кассапы Урувелы было пятьсот учеников, у Речного Кассапы – триста, а у Кассапы Гайи – двести. Будда отправился в место затворничества Кассапы Урувелы и попросил провести ночь в огненной пещере, где аскет выполнял свое ритуальное поклонение. Кассапа не возражал, но предупредил Будду, что ужасный нага, драконоподобный змей, живет в пещере. Он был необычайно могуществен и обладал смертельным ядом, и, почти несомненно, должен был убить Будду. Будда, казалось, был рад рискнуть своей жизнью таким образом, поэтому слегка удивленный Кассапа согласился разрешить ему остаться в огненной пещере. Будда вошел в пещеру, постелил тростниковый коврик и устроился медитировать. Когда дракон-змей увидел это, он очень рассердился и напустил в комнату дыма, намереваясь выпроводить незваного гостя, но Будда ответил тем, что напустил еще больше дыма. Тогда нага впал в ярость и создал пламя, но Будда ответил ему собственным пламенем, и казалось, что огненная пещера раскалилась, как огромная печь. «Что ж, этому монаху пришел конец!» – самодовольно подумал Кассапа, увидев это. Но утром, к его удивлению, Будда вышел невредимым из огненной пещеры и показал ему змея, который теперь стал лишь маленькой безвредной змейкой, свернувшейся в его чаше для подаяния. Кассапе нехотя пришлось признать происшедшее, но он считал себя выше Будды и сказал себе: «Этот монах и вправду могуществен, но он не такой Просветленный мастер, как я!» На следующий вечер Будда отправился в близлежащий лес, и ночью четыре великих царя, защитника мира, пришли выразить ему почтение и послушать его учение. Когда Будда давал учение, великий свет озарил лес и небо, так что его можно было видеть отовсюду. Утром Кассапа, который наблюдал это магическое явление, спросил у Будды, кто посетил его прошлой ночью. Когда Будда рассказал ему, что четыре божественных царя пришли послушать его учение, Кассапа был глубоко впечатлен, но снова подбодрил себя такой мыслью: «Этот монах и вправду могуществен, но он не такой Просветленный мастер, как я!» Вскоре после этого должна была состояться великая огненная церемония, на которую многие должны были прийти издалека, принести пищу и другие хорошие подношения. Кассапа подумал про себя не без беспокойства: «Многие из моих почитателей придут завтра, и если этот монах Готама покажет перед ними одно из своих чудес, его слава возрастет, а моя – уменьшится. Надеюсь, что он не придет». Зная, о чем думает Кассапа, Будда удалился и не присутствовал на огненной церемонии. На следующий день, скрывая облегчение и сделав вид, что разочарован, Кассапа спросил у Будды, где тот был. Будда прямо ответил Кассапе, что прочитал его мысли и, зная о его опасениях, отправился прочь. Кассапа был несколько смущен, но, тем не менее, снова подумал: «Этот монах и вправду могуществен, но он не такой Просветленный мастер, как я!» Дни проходили, и все продолжалось в таком же духе. Будда снова и снова показывал свои потрясающие силы, а заносчивый Кассапа продолжал думать про себя: «Он не Просветленный мастер, как я!» Желая помочь ему увидеть истину, Будда однажды решил, что нужен резкий удар. Он прямо сказал Кассапе: «Слушай, Кассапа, ты не Просветленный мастер и не приближаешься к тому, чтобы им стать. Более того, ничто из того, что ты делаешь, не сделает тебя таковым и даже не позволит тебе вступить на путь к Просветлению. Ты понимаешь?» От этого резкого удара самообман Кассапы наконец рассеялся, и он осознал, какая глубокая пропасть отделяет его от Будды. Он смиренно бросился в ноги Будде и попросил, чтобы он принял его в качестве ученика. Будда радостно согласился, но у Кассапы было большое число последователей, которые верили в него, и он не мог отвергнуть их, не побеседовав с ними. Следовательно, Будда настоял, что, прежде чем он примет Кассапу в качестве ученика, Кассапа должен объяснить свои намерения ученикам и освободить их от обязательств по отношению к нему, чтобы они сами могли выбрать себе духовный путь. Будучи свидетелями последних событий и видя могущество Будды своими глазами, все до единого последователи Кассапы решили присоединиться к нему и стать учениками Будды. Они отрезали свои спутанные волосы, выбросили их в реку вместе со своими ритуальными принадлежностями и посвятили себя Будде и его учению. Ниже по течению реки Речной Кассапа и его последователи увидели, как по волнам плывут пряди и ритуальные предметы, и им стало любопытно, что же, в конце концов, происходит. Они очень обеспокоились тем, что же стало с Кассапой Урувелы и его учениками, и отправились вверх по течению реки, чтобы это выяснить. Когда они узнали, что произошло, Речной Кассапа спросил Кассапу Урувелы: «Этот путь лучше?» «Несомненно, да!» – был ответ. Поэтому Речной Кассапа посоветовался со своими тремястами учениками, и они все решили стать последователями Будды. Вскоре по реке поплыли еще триста отрезанных шевелюр и ритуальных предметов. Их заметили Кассапа Гайи и его последователи. Они, в свою очередь, тоже обеспокоились судьбой своих собратьев-огнепоклонников и поспешили в Урувелу, чтобы узнать, что случилось. Вскоре они тоже убедились в превосходстве учения Будды и стали его учениками. Так община его последователей пополнилась еще на тысячу человек. Если месяц за месяцем в течение ста лет некто будет тысячекратно совершать жертвоприношения, а другой человек лишь на единственное мгновение почтит того, кто (духовно) развит, то лучше совершить этот (поступок), выражающий почтение, чем сто лет совершать жертвоприношения. Пусть некто поддерживает священный огонь в лесу сотню лет, но, если он почтит (духовно) развитого человека хотя бы на мгновение, то лучше совершить этот (поступок), выражающий почтение, чем сто лет (поддерживать священный огонь).

13. Якша Алави

Царь Алави, одного из многочисленных маленьких царств Северной Индии, регулярно отправлялся на охоту со своей армией, чтобы держать ее в боевой готовности. Однажды зверь, за которым они охотились, ускользнул от царя, который лежал в засаде, и, согласно обычаю, теперь его долгом было загнать его. После того, как погоня завела его глубоко в джунгли, он, наконец, поймал и убил зверя. Возвращаясь домой очень поздно, измотанным, он прошел под деревом баньяна, в котором располагался дворец якши. У этого якши было разрешение от царя якшей съедать каждого, кто вступит в тень этого дерева, и он был обрадован, когда увидел такую вкусную закуску. Он схватил царя и рассказал ему о своем намерении съесть его. Царь был в ужасе при мысли о том, что станет ужином для якши и отчаянно пытался убедить это создание освободить его. Это ему удалось, но цена была дорогой. В обмен на свою собственную жизнь он пообещал обеспечивать якшу постоянной едой в виде человеческого существа и чаши с пищей. Поначалу якше скармливали преступников царства Алави, и такой выбор казался разумным. Но через какое-то время преступников не осталось, поэтому каждой семье приказали по очереди жертвовать ребенком, чтобы отдавать его якше. Семьи начали уезжать из города, и со временем, через двенадцать лет, в городе остался только один ребенок – сын самого царя. Царь не мог нарушить своего обещания и, хотя это и доставляло ему великие страдания, приказал одеть мальчика в лучшие наряды и привести к якше. К счастью, в дело вмешался Будда. Он путешествовал в этой части страны и услышал историю о якше. Будда отправился во дворец якши в дереве баньян и попросил разрешения увидеться с ним, но ему сказали, что якша отправился на собрание якшей в Гималаях. Будда настоял на том, чтобы подождать его и убедил привратника впустить его, не обращая внимания на предупреждения о том, что якша, вернувшись домой и найдя его там, непременно съест его. Он сам сел на троне якши и, ожидая его, стал разговаривать с женщинами из семейства якши. Два других якши летели по воздуху, направляясь на собрание, и, обнаружив, что не могут пролететь над местом, где сидел Будда, спустились, чтобы выяснить, что происходит. Они поговорили с Буддой и выразили ему свое почтение, прежде чем продолжить путешествие в Гималаи. Когда якша Алави услышал, что монах устроился в его дворце и восседает на его троне, он очень рассердился и отправился домой в великой спешке. Прибыв, он стал проявлять свои сверхъестественные силы, чтобы столкнуть Будду со своего трона. Когда все его усилия оказались напрасны, он попробовал другую тактику. Он попросил Будду покинуть дворец, и, к его изумлению, Будда сделал это. Чтобы проверить, насколько хорошо монах будет подчиняться его воле, якша попросил Будду вернуться, что тот и сделал. Наслаждаясь силой этих простых команд, якша повторил их три раза, но на четвертый раз Будда отказался снова войти в здание. Якша стал задавать Будде вопросы, надеясь снова обрести власть над ним, но ответы Будды удивили его своей мудростью, и постепенно его сердце открылось истине. Отказавшись от своего желания обрести власть над Буддой, якша полностью покорился ему и попросил разрешения стать его учеником. В ту же ночь знание и видение подлинной природы вещей пробудились в нем. На следующее утро печальная процессия подошла к дворцу якши: слуги царя Алави привели юного царевича, чтобы принести его в жертву. Исправившийся якша со стыдом и смущением встретил это напоминание о своем жестоком прошлом и охотно отдал мальчика Будде, который благословил его и отдал царским посланникам, чтобы те вернули его царю. С тех пор царевич получил имя «Хаттхака», или «тот, кто был передан». Когда жители Алави узнали, что якша исправился и стал учеником Будды, они испытали огромное счастье и облегчение. Они построили якше особый дом в красивом месте и регулярно делали ему подношения в виде цветов, благовоний и других приятных вещей. Это место стало известно как святилище Алави и стало любимым местом отдыха Будды в его путешествиях. Принц Хаттхака, когда вырос, стал одним из главных учеников-мирян Будды, и вскоре у него было много своих собственных учеников. Однажды, остановившись в святилище Алави, Будда стал хвалить Хаттхаку и перечислил семь превосходных и чудесных качеств, которыми обладал Хаттхака. Этими качествами были вера, добродетель, понимание, стремление не подводить своего учителя, внимательность в слушании, щедрость и мудрость. Один из присутствующих при этом монахов передал эту похвалу Хаттхаке, и прежде всего он ответил, что надеется, что только монахи были там, когда Будда хвалил его, а учеников-мирян не было. Услышав это, Будда добавил к этому перечислению еще одно качество – скромность. В другой раз, когда Будда остановился в Алави, Хаттхака пришел к нему с пятьюстами учениками-мирянами, и все они достигли значительного духовного уровня. «У тебя очень много последователей, Хаттхака, – отметил Будда. – Как тебе удается привлечь так много учеников?» «Я применяю четыре средства, которым ты научил меня, чтобы вызывать симпатию между людьми. На благо тех, кто откликается на щедрость, я практикую щедрость. На благо тех, кто откликается на добрую речь, я практикую добрую речь. На благо тех, кто откликается на добрые дела, я практикую добрые дела, а на благо тех, кто откликается на отношение к ним, как к равным, я практикую непредвзятость. Именно так я привлекаю людей и таким образом создаю общину учеников». Будда был доволен, услышав такой ответ. Он дал учение Хаттхаке и его ученикам, и позже, когда они ушли, снова обратился к монахам с похвалой Хаттхаке. Кто бы ни был деятелен, памятлив, чист в поведении, рассудителен, умерен, добродетелен и внимателен, слава такого необычайно возрастает. С помощью энергии, внимательности, умеренности и контроля, пусть человек, обладающий пониманием, воздвигнет (себе) остров, который не сможет сокрушить ни один поток. Обладая неправильным пониманием, духовно незрелые повергают себя в невнимательность. Человек, обладающий пониманием, охраняет внимательность как свое главное сокровище.

12. Рахула

Когда царевич Сиддхартха отправился на свои поиски, сын, которого он оставил, был еще младенцем. К тому времени, когда Будда вернулся в Капилавасту, царевичу Рахуле исполнилось семь лет. Готама и его обширная семья вскоре снова сблизились, хотя и совсем по-другому, чем прежде, и вскоре Будда стал регулярно посещать дворец. Во время одного из этих посещений Яшодхара, его бывшая жена, отправила мальчика к Будде, сказав ему, чтобы он спросил у отца о своем наследстве: она надеялась, что, возможно, он формально передаст все свои права сыну. Маленький царевич ходил следом за Буддой и говорил: «Отдай мне мое наследство, монах. Отдай мне мое наследство, монах». Будда, однако, предпочел понять эту просьбу совсем не так, как хотелось Яшодхаре. Он уже объяснил царю Шуддходане, что теперь считает себя принадлежащим не к земному царскому роду, а к благородному роду Будд. Если у него и было наследство, которое он мог передать, то это его мудрость и сострадание, которые по праву принадлежат от рождения каждому человеческому существу, готовому совершить усилия, чтобы их достичь. Поэтому, поскольку мальчик все ходил и ходил за ним, настойчиво повторяя просьбу, Будда приказал Сарипутте, одному из своих главных учеников, посвятить его в монахи. Так Рахула стал мальчиком-монахом и был доверен заботе и наставничеству Сарипутты. Когда старый царь услышал об этом, он был очень расстроен. Для него это означало, что он потерял не только своего сына, но и внука, которые были наследниками его титула и богатств. Видя его горе, Будда согласился, чтобы в будущем ни одного мальчика не посвящали в монахи без согласия родителей, но Рахула остался монахом, и когда Будде и его последователям пришло время покинуть Капилавасту, он ушел вместе с ними. Готама принял близкое личное участие в продвижении Рахулы и часто проводил с ним время, передавая учение юному монаху. Через четыре года после того, как они покинули Капилавасту, Будда сел вместе с одиннадцатилетним Рахулой, чтобы передать ему учение о нравственности. Он взял ковш и налил в него немного воды. – Рахула, ты видишь это небольшое количество воды в ковше? – Да, Владыка. – Что ж, если люди не уделяют должного внимания тому, чтобы сознательно не произносить лжи, в них столь же мало добра. Затем Будда выплеснул воду и спросил Рахулу, видел ли тот, что он сделал. – Да, Владыка. – Рахула, если люди не уделяют должного внимания тому, чтобы сознательно не произносить лжи, они выплескивают, подобно этому, хорошее в себе. Перевернув ковш вверх дном, Будда сказал: – Рахула, если люди не уделяют должного внимания тому, чтобы сознательно не произносить лжи, они относятся к хорошему в себе подобно этому. Снова перевернув ковш, Будда спросил: – Рахула, видишь ли ты, что ковш теперь пуст? – Да, Владыка. – Если люди не уделяют должного внимания тому, чтобы сознательно не произносить лжи, они пусты от добра, подобно этому ковшу. Представь огромного царского военного слона. Если в битве слон пользуется головой, бивнями, ногами и телом, но отводит хобот, это значит, что этот царский слон еще не полностью обучен. Только когда он пользуется и хоботом, он полностью обучен. Подобно этому, если человек не уделяет должного внимания тому, чтобы сознательно не произносить лжи, я не считаю его полностью подготовленным. Ты должен упражняться в том, Рахула, чтобы никогда не лгать, даже в качестве шутки. Для чего нужно зеркало, Рахула? – Для того, чтобы смотреть на себя, Владыка. – Ты должен всегда смотреть на себя, Рахула, исследуя все поступки, которые ты совершаешь телом, речью и умом. Вот так Будда обучал Рахулу, пока тот был мальчиком, пока становился юношей и молодым человеком. Когда ему было двадцать один год, Рахула достиг Просветления. Человек может одержать победу над тысячами и тысячами людей, но тот, кто побеждает себя, – воистину величайший воин. Воистину, лучше победить себя, чем побеждать других людей.

11. Основополагающая истина

Во времена Будды в селении неподалеку от Наланды, где впоследствии располагался великий буддийский университет, жили два молодых человека, которых звали Шарипутра и Маудгальяяна. С детства они были близкими друзьями, и теперь они заключили соглашение. Они решили покинуть дом в поисках истины, в поисках великого просветленного учителя – что было не таким уж необычным делом для Индии того времени. Соглашение между друзьями заключалось в том, что они начнут свои поиски в противоположных направлениях. Тот, кто найдет просветленного учителя первым, должен был пойти и рассказать другому, они оба стали бы его учениками. Поэтому Шарипутра отправился в одном направлении, а Маудгальяяна – в другом. Шарипутра оказался удачлив. Он не успел отойти далеко, ему не пришлось блуждать много недель, прежде чем он увидел, как кто-то идет в отдалении и, казалось, – вряд ли он осмеливался надеяться на то, что это была истина – но было что-то в этом человеке, что показалось ему особенным. Может ли этот человек быть Просветленным? Когда незнакомец подошел ближе, Шарипутру еще больше поразило его поведение, его манеры – настолько, что он без колебаний задал ему вопрос, который и поныне является в Индии Вопросом с большой буквы. Люди не склонны говорить о погоде или о чем-то подобном. Они даже могут не поинтересоваться вашим здоровьем. Они, как это сделал Шарипутра, прямо спрашивают о главном: «Кто твой учитель?» На Востоке, особенно в Индии и Тибете, на протяжении тысяч лет было традицией, чтобы у каждого человека был учитель, от которого человек получал какую-то духовную практику. Возможно, в наши дни все немного изменилось, но часто люди по-прежнему считают, что если у вас нет духовного учителя, вряд ли вы существуете как человек. Вы можете точно с тем же успехом быть кошкой или собакой, как человеком, у которого нет духовного учителя. Поэтому первое, что вы хотите узнать, – к какой линии передачи или духовной традиции принадлежит человек. Поэтому Шарипутра спросил незнакомца: «Кто твой учитель?» Так случилось, что незнакомец был одним из пяти первых учеников Будды по имени Ашваджит. После Просветления Будда решил отыскать пятерых своих прежних спутников и поделиться с ними своим опытом истины. Он нагнал их в месте под названием Сарнатх, и – после некоторого сопротивления с их стороны – ему удалось передать им свой опыт. На самом деле, очень скоро эти пятеро стали Просветленными. Другие люди пришли послушать учения Будды и также обрели Просветление. Вскоре в мире было уже шестьдесят просветленных существ. И Будда сказал им: «Я свободен от всех уз, человеческих и божественных. Вы также свободны от всех уз, человеческих и божественных. Теперь идите и учите всех существ ради блага и счастья всего мира, из сострадания и любви ко всем живущим». Так его ученики разошлись во всех направлениях и исходили северную Индию вдоль и поперек, пытаясь повсюду передавать учение Будды. Поэтому Ашваджит сразу ответил: «Мой учитель – Гаутама, появившийся на свет в роде Шакья, Просветленный, который стал Буддой». Когда Шарипутра услышал эти слова, он был вне себя от радости, но все еще не до конца удовлетворен. Его следующий вопрос – можно было это предвидеть – был: «Чему учит Будда?» Несомненно, это еще одна вещь, которую вы захотите узнать. Ашваджит и сам обрел Просветление, но он был очень скромным человеком. Он сказал: «Я недавно встал на путь. И не слишком хорошо знаю учение. Но той малостью, что знаю, я поделюсь с тобой». Сказав так, он произнес строфы, которые с того времени стали известными во всем буддийском мире: «Будда объяснил источник тех вещей, которые развиваются из причин и условий. Он также объяснил их прекращение. Это учение Великого шраманы». Это было все, что он произнес. Но, когда Шарипутра услышал эти строфы, все его существо как бы превратилось во вспышку озарения, и он понял, что это истинно. Что бы ни возникало, оно возникает в зависимости от условий; когда этих условий больше не существует, оно прекращается. Постигнув это, Шарипутра сразу стал тем, кого в буддизме называют «Вступившим в поток» – то есть он вступил в поток, который рано или поздно должен был привести его к освобождению Просветления. И, конечно, он немедленно отправился на поиски своего друга Маудгальяяны, чтобы рассказать ему, что учитель найден. Впоследствии два друга стали главными учениками Будды. Строфу, которую повторил Ашваджит и которая оказала такое огромное влияние на юного Шарипутру, можно отыскать во всех странах, где распространено учение Будды. Вы обнаруживаете ее в Индии, в виде оттисков под рисунками. Вы находите ее на глиняных печатях в руинах монастырей: тысячах и тысячах маленьких печатей, на которых – только эти слова. Вы находите ее в Китае, находите в Тибете. В Тибете, сосредотачиваясь на образе Будды, зачастую делают сотни тысяч крошечных оттисков этой строфы и покрывают ими рисунок, и это является частью сосредоточения.

10. Малика

Однажды Пробудившийся остановился в саду Анатхапандики в роще Джета, что в Шравасти. В то время царевна Малика навестила Пробудившегося. Придя, она поприветствовала Пробудившегося и села рядом. Сев рядом, царевна Малика так сказала Пробудившемуся: 
«Преподобный Учитель, вот в этом мире есть женщина. У неё плохая внешность, плохие манеры, выглядит она ужасно, бедна, у неё мало личных вещей, мало имущества, и она не обладает властью. Каковы причины и каковы условия этому? Преподобный Учитель, вот в этом мире есть женщина. У неё плохая внешность, плохие манеры, выглядит она ужасно, но она богата, у неё много имущества, много денег, и она обладает большой властью. Каковы причины и каковы условия этому?  

Преподобный Учитель, вот в этом мире есть женщина. У неё красивая внешность, хорошие манеры, она хорошо выглядит, производит хорошее впечатление и обладает превосходной, великолепной внешностью, но она бедна, у неё мало личных вещей, мало имущества, и она не обладает властью. Каковы причины и каковы условия этому?  

Преподобный Учитель, пусть в этом мире есть женщина у неё красивая внешность, хорошие манеры, она хорошо выглядит, производит хорошее впечатление и обладает превосходной, великолепной внешностью, она богата, у неё много имущества, много денег и она обладает большой властью. Каковы причины и каковы условия этому?»  

«Малика, вот здесь есть женщина. Она раздражается, переполнена беспокойством, ругается из-за пустяков, вне себя от гнева, наносит раны, противоречит, проявляет ярость, негодование и недовольство. Она не жертвует практикующим монахам и священникам еду, питье, одежду, средства передвижения, украшения из цветов, благовония, туалетные принадлежности, постельные принадлежности, жильё, лампады. Более того, у неё есть ревность и чувство превосходства, она завидует чужой выгоде, чужому уважению, чужому почитанию и поклонению, возмущается и испытывает ревность.  

Если она, умерев, перевоплотится женщиной, то, где бы она ни перевоплотилась, у неё будет плохая внешность, плохие манеры, выглядеть она будет ужасно, она будет бедна, у неё будет мало имущества и денег и она не будет обладать властью.  

Малика, вот здесь есть женщина. Она раздражается, переполнена беспокойством, ругается из-за пустяков, вне себя от гнева, наносит раны, противоречит, проявляет ярость, негодование и недовольство. Однако она жертвует практикующим монахам и священникам еду, питье, одежду, средства передвижения, украшения из цветов, благовония, туалетные принадлежности, постельные принадлежности, жильё, лампады. У неё нет ревности и чувства превосходства, она не завидует чужой выгоде, уважению, почитанию и поклонению, не возмущается и не испытывает ревности.  

Если она, умерев, перевоплотится женщиной, то где бы она ни перевоплотилась, у неё будет плохая внешность, плохие манеры, выглядеть она будет ужасно, но она будет богата, у неё будет много имущества и денег, и она будет обладать большой властью.  

Малика, вот здесь есть женщина. Она не раздражается, не беспокоится, не ругается из-за пустяков, не наносит ран, не противоречит, не проявляет ярости, негодования и недовольства. Однако она не жертвует практикующим монахам и священникам еду, питье, одежду, средства передвижения, украшения из цветов, благовония, туалетные принадлежности, постельные принадлежности, жильё, лампады. Более того, у неё есть ревность и чувство превосходства, она завидует чужой выгоде, чужому уважению, чужому почитанию и поклонению, возмущается и испытывает ревность.  

Если она, умерев, перевоплотится женщиной, то где бы она ни перевоплотилась, у неё будет красивая внешность, хорошие манеры, она будет производить хорошее впечатление, будет обладать превосходной внешностью, но она будет бедна, у неё будет мало имущества и денег и она не будет обладать властью.  

Малика, пусть здесь есть женщина. Она не раздражается, не беспокоится, не ругается из-за пустяков, не наносит ран, не противоречит, не проявляет ярости, негодования и недовольства. К тому же она жертвует практикующим монахам и священникам еду, питье, одежду, средства передвижения, украшения из цветов, благовония, туалетные принадлежности, постельные принадлежности, жильё, лампады. У неё нет ревности и чувства превосходства, она не завидует чужой выгоде, уважению, почитанию и поклонению, не возмущается и не испытывает ревности.  

Если она, умерев, перевоплотится женщиной, то где бы она ни перевоплотилась, у неё будет красивая внешность, хорошие манеры, она будет производить хорошее впечатление, будет обладать превосходной внешностью, будет богата, у неё будет много имущества и денег, и она будет обладать большой властью.  

Малика, таковы причины и таковы условия того, что женщина имеет некрасивую внешность, плохие манеры, выглядит ужасно, бедна, у неё мало личных вещей, мало имущества, и она не обладает властью.  

Малика, таковы причины и таковы условия тому, что женщина имеет некрасивую внешность, плохие манеры, выглядит ужасно, но она богата, у неё много имущества, денег, и она обладает большой властью.  

Малика, таковы причины и таковы условия тому, что женщина имеет красивую внешность, хорошие манеры, хорошо выглядит, производит хорошее впечатление, обладает превосходной, великолепной внешностью, но она бедна, у неё мало личных вещей, мало имущества и она не обладает властью.  

Малика, таковы причины и таковы условия тому, что женщина имеет красивую внешность, хорошие манеры, хорошо выглядит, производит хорошее впечатление и обладает превосходной, великолепной внешностью, она богата, у неё много имущества, денег и она обладает большой властью.»  

После того, как Пробудившийся разъяснил это, царевна Малика так сказала Пробудившемуся:  

«Преподобный Учитель, значит по причине того, что я в своей прошлой жизни раздражалась, была переполнена беспокойством, ругалась по пустякам, была вне себя от гнева, наносила раны, противоречила, проявляла ярость, негодование и недовольство, – сейчас у меня некрасивая внешность, плохие манеры и выгляжу я ужасно.  

Однако, Преподобный Учитель, по причине того что в своей прошлой жизни я жертвовала практикующим монахам и священникам еду, питье, одежду, средства передвижения, украшения из цветов, благовония, туалетные принадлежности, постельные принадлежности, жильё и лампады, – сейчас я богата, у меня много имущества и много денег.  

Преподобный Учитель, по причине того что у меня в прошлой жизни не было ревности и чувства превосходства, я не завидовала чужой выгоде, чужому уважению, чужому почитанию и поклонению, не возмущалась и не испытывала ревности, – сейчас я обладаю большой властью.  

Преподобный Учитель, во дворце у меня есть девушки из сословия воинов, девушки из сословия священнослужителей, девушки из сословия правителей, и я свободно управляю ими.  

Преподобный Учитель, с сегодняшнего дня я не буду раздражаться, не буду беспокоиться, не буду ругаться даже из-за серьёзных вещей, не буду гневаться, наносить раны, не буду противоречить, проявлять ярость, негодование и недовольство. Практикующим монахам и священникам я буду жертвовать еду, питье, одежду, средства передвижения, украшения из цветов, благовония, туалетные принадлежности, постельные принадлежности, жильё и лампады. У меня не будет ревности и чувства превосходства, я не буду завидовать чужой выгоде, чужому уважению, чужому почитанию и поклонению, не буду возмущаться и испытывать ревность.  

Преподобный Учитель, это прекрасно, Преподобный Учитель, это замечательно! Подобно тому, как поднимают упавшего, подобно тому, как освещают окутанного мраком, как указывают путь блуждающему, как выводят на свет из кромешной мглы, говоря: «Если вы имеете глаза, смотрите!» – точно так же, используя различные средства, Пробудившийся проповедовал мне Закон. Преподобный Учитель, я буду привержена Пробудившемуся, Закону и монашеской общине Мужчин, Добивающихся Обширных Знаний и Стремящихся к Искоренению Мирских Желаний! Преподобный Учитель, признайте меня приверженной верующей. С сегодняшнего дня и на всю жизнь я буду вам привержена!» 

ahafonova.tetiana@gmail.com © 2016-2020

Только с разрешения правообладателя может осуществляться использование контента, дизайна и других объектов (пункт 2 статьи 1270 ГК РФ) 

(ч.1 ст.440 Гражданского кодекса Украины)

  • Facebook Social Icon